Расторжение договора при банкротстве

В статье предусмотрена и регламентирована процедура заявления отказа внешнего управляющего от исполнения договоров и иных сделок должника. В отношении такой процедуры, ранее предусматривавшейся в ст. 77 Закона 1998 г. о банкротстве, в Постановлении КС России от 6 июня 2000 г. N 9-П <1> отмечалось следующее:

<1> СЗ РФ. 2000. N 24. Ст. 2658.

в соответствии с частью первой ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению сторон, а если стороны не достигли такого соглашения, то по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут судом при его существенном нарушении другой стороной или в связи с существенным изменением обстоятельств, при наличии определенных условий, предусмотренных данным Кодексом; требование о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом или договором, а при его отсутствии — в 30-дневный срок (п. п. 1 и 2 ст. 450, п. п. 1 и 2 ст. 451, п. 2 ст. 452);

вместе с тем часть первая ГК РФ предусматривает возможность исключений из этого общего порядка расторжения договоров: в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается расторгнутым или измененным (п. 3 ст. 450).

В соответствии с п. 1 статьи внешний управляющий в течение трех месяцев с даты введения внешнего управления вправе отказаться от исполнения договоров и иных сделок должника. При этом п. 2 статьи устанавливает, что отказ от исполнения договоров и иных сделок должника может быть заявлен только в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или если исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Такое регулирование ранее содержалось в положениях п. п. 1 и 2 ст. 77 Закона 1998 г. о банкротстве. При этом предусматривалось еще одно обстоятельство, при наличии которого мог быть заявлен отказ от исполнения договоров должника, — если договор является долгосрочным (заключен на срок более одного года) либо рассчитан на получение положительных результатов для должника лишь в долгосрочной перспективе. Однако упомянутым Постановление КС России от 6 июня 2000 г. N 9-П положение, согласно которому внешний управляющий в трехмесячный срок с момента введения внешнего управления вправе отказаться от исполнения договоров должника, не исполненных сторонами полностью или частично, если договор является долгосрочным (заключен на срок более одного года), признано не соответствующим Конституции РФ, поскольку данное положение позволяет внешнему управляющему в одностороннем порядке расторгать договоры должника на том лишь основании, что они заключены на срок свыше одного года, независимо от того, имеются ли связанные с исполнением таких договоров обстоятельства, препятствующие восстановлению платежеспособности должника.

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС России от 23 июля 2009 г. N 58 арбитражным судам при рассмотрении споров, связанных с отказом внешнего управляющего от исполнения сделок должника, предписано иметь в виду, что договор о залоге не подпадает под предусмотренные п. 2 статьи признаки и в силу этого не относится к категории сделок, от исполнения которых может быть заявлен отказ на основании комментируемой статьи.

Пункт 3 статьи определяет момент, с которого при отказе от исполнения договора должника данный договор считается расторгнутым, — это дата получения всеми сторонами по такому договору заявления внешнего управляющего об отказе от исполнения договора. Статья 77 Закона 1998 г. о банкротстве такого правила не предусматривала.

В соответствии с п. 4 статьи сторона по договору, в отношении которого заявлен отказ от исполнения, вправе потребовать от должника возмещения убытков, вызванных отказом от исполнения договора должника. Подобное правило содержалось в п. 3 ст. 77 Закона 1998 г. о банкротстве, но при этом говорилось о возмещении только реального ущерба, в то время как в п. 4 комментируемой статьи речь идет не только о реальном ущербе, но и об упущенной выгоде (п. 2 ст. 15 части первой ГК РФ). Соответственно, рассматриваемая норма ближе к общей норме п. 5 ст. 453 части первой ГК РФ, предусматривающей, что в случае, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Пункт 5 статьи исключает из сферы действия данной статьи договоры должника, заключенные в ходе наблюдения с согласия временного управляющего или в ходе финансового оздоровления, если такие договоры были заключены в соответствии с комментируемым Законом. Ранее такое правило содержалось в п.

Расторжение договора при банкротстве

4 ст. 77 Закона 1998 г. о банкротстве (при этом, конечно же, не говорилось о финансовом оздоровлении, нормы о котором являются нововведениями комментируемого Закона). Там же устанавливалось, что расторжение таких договоров производится по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Гражданским кодексом РФ. Это правило сохраняет силу в отношении договоров, указанных в п. 5 комментируемой статьи.

В пункте 6 статьи определена особенность заявления отказа от исполнения финансовых договоров, соответствующих определенным п. 1 ст. 4.1 Закона требованиям: такой отказ может быть заявлен только в отношении всех существующих между кредитором и должником финансовых договоров. Речь идет о договорах, заключенных на условиях генерального соглашения (единого договора), которое соответствует примерным условиям договоров, предусмотренным ст. 51.5 Федерального закона «О рынке ценных бумаг», и (или) правилам организованных торгов, и (или) правилам клиринга. Как п. 6 статьи, так и ст. 4.1 Закона включены Законом 2011 г. N 8-ФЗ в связи с введением Федерального закона «О клиринге и клиринговой деятельности».

По аналогии с «номинальными директорами» на рынке есть «номинальные управляющие», которые отдают управление реальным бенефициарам или заказчикам банкротств, рассказывает управляющий Андрей Шафранов. Верховный суд впервые отстранил управляющего от банкротства за то, что тот передал слишком много полномочий другим лицам. Эта позиция сыграет важную роль в борьбе с управляющими, которые фактически самоустраняются от руководства текущей деятельностью должника, полагает советник Федеральный рейтингI группа Арбитражное судопроизводствоПрофайл компании Радик Лотфуллин. По его словам, высшие суды до этого высказывались о недопустимости передачи отдельных полномочий, но там речь шла об исключительных полномочиях. Теперь же ВС высказался об их объеме, говорит Лотфуллин.

ООО управляет банкротом

До Верховного суда дошло дело № А14-6753/2015, где управляющий «Армакс Групп» Федор Мерешкин заключил агентский договор с ООО «Приоритет» на текущее управление должником. По нему «Приоритет» выплачивал деньги работникам, заключал договоры аренды, организовал кадастровые работы и оценку недвижимого имущества, погашал долги за электроэнергию и газ. Оплата за услуги составляла «10,5% годовых на суммы выплат, которые агент платит третьим лицам в интересах принципала».

Исследование «Право.ru»: статистика и эксперты о критериях успеха арбитражных управляющих

Одновременно Мерешкин зарезервировал для себя 1,5 млн руб. на выплату вознаграждения от дохода с аренды. При этом он сообщал кредиторам, что средств на оплату текущих платежей нет.

Все это не понравилось ФНС, которая пожаловалась на управляющего и попросила его отстранить. Три суда согласились, что Мерешкин справляется плохо – передал на сторону слишком много задач, которые мог и должен был выполнять сам. Он вел себя противоречиво: говорил, что денег на текущие платежи нет, но при этом заключил агентский договор за плату и зарезервировал вознаграждение. Кроме того, он недостаточно активно пополнял конкурсную массу, решили суды. Согласно отчетности за 2016 год, предприятию должны были более 69 млн руб. Кредиторы этой суммы так и не увидели. Три инстанции согласились, что такое поведение управляющего незаконно, но решили, что этого все еще недостаточно, чтобы его отстранить.

Иного мнения оказался Верховный суд, куда пожаловалась ФНС. Управляющий вправе передавать полномочия, но не так много, чтобы фактически отстраниться от руководства текущей деятельностью банкрота, отметила «тройка» под председательством Ивана Разумова. По ее мнению, это противоречит ст. 129 закона о банкротстве о полномочиях арбитражных управляющих. Кроме этого, закон предъявляет особые требования к управляющим как к антикризисным менеджерам, а ООО им не соответствовало.

«Управляющий вправе передавать полномочия, но не так много, чтобы фактически отстраниться от руководства текущей деятельностью банкрота», – Верховный суд.

Экономколлегия сочла решения нижестоящих инстанций противоречивыми: они правильно установили все нарушения управляющего, но почему-то назвали их недостаточными для «увольнения». Между тем поведение Мерешкина было чревато убытками для «Армакс Групп»: он поставил управлять банкротом непрофессионала и не прилагал всех усилий, чтобы пополнить конкурсную массу. С такими выводами «тройка» ВС под председательством Ивана Разумова отстранила Мерешкина от дела «Армакс Групп».

ВС указал на самостоятельность арбитражного управляющего в оспаривании сделок должника

Это не первый случай, когда экономколлегия «увольняла» управляющего, говорит руководитель правового бюро Федеральный рейтингII группа Разрешение споров в судах общей юрисдикцииII группа Банкротство 21 место По размеру выручки на юриста 35 место По размеру выручки 29-31 место По количеству юристов Эдуард Олевинский. Он приводит в пример определение № 306-ЭС16-4837. В нем ВС отменил акт кассации и оставил в силе решения нижестоящих инстанций об отстранении Артура Закирзянова, который не принял мер по выявлению и возврату имущества должника от третьих лиц.

За что отстранят, а за что нет

Суд может признать действия или бездействие управляющего незаконными, но не любое нарушение влечет отстранение. Это исключительно оценочная категория, говорит партнер АБ Федеральный рейтингIV группа Банкротство Елена Якушева: «Четких критериев на этот счет нет ни в законе, ни на уровне разъяснений ВС или сложившейся судебно-арбитражной практики». Это приводит к тому, что суды могут по-разному воспринимать те или иные нарушения, делится Якушева. В общем, требования к управляющим ужесточаются, чтобы их было меньше, но работали они лучше. Поэтому суды стали заметно чаще отправлять на пересмотр решения нижестоящих инстанций, принятые в пользу управляющих, отмечает Якушева.

Бывают и обратные ситуации – первая инстанция отстраняет управляющего, но апелляция впоследствии отменяет решение, делится партнер Региональный рейтингII группа БанкротствоIII группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции Анна Ловкина. Здесь, по её словам, имеет значение, успеет ли собрание кредиторов выбрать новую кандидатуру. Если ее утвердили, то независимо от решения вышестоящей инстанции управляющего нельзя восстановить в должности, объясняет Ловкина.

В вопросе, отстранят управляющего или нет, общим «водоразделом» является наличие или отсутствие негативных последствий, в первую очередь прямых или косвенных убытков, утверждает партнер Федеральный рейтингI группа Трудовое и миграционное правоI группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулированиеI группа Фармацевтика и здравоохранениеI группа Семейное/Наследственное правоI группа Налоговое право и налоговые спорыI группа Интеллектуальная собственностьII группа Антимонопольное правоII группа Разрешение споров в судах общей юрисдикцииII группа ТМТII группа Коммерческая недвижимость/СтроительствоII группа Финансовое/Банковское правоII группа Корпоративное право/Слияния и поглощенияII группа БанкротствоIII группа Арбитражное судопроизводствоIII группа Международный арбитражIII группа Природные ресурсы/Энергетика Юлия Литовцева. Она называет условия, которые наиболее вероятно приведут к отстранению:

  • пропущены сроки давности привлечения к субсидиарной ответственности или оспаривания сделок, в результате чего не удалось пополнить конкурсную массу;
  • имущество должника используется в ущерб интересам кредиторов (например, помещения сдаются в аренду по заниженной цене, а потом пересдаются в субаренду дороже);
  • незаконно расходуется конкурсная масса – чаще всего «с помощью» необоснованного привлечения третьих лиц. Это архивирование, инвентаризация, агентские, юридические услуги и так далее, приводит примеры партнер АБ Федеральный рейтингIV группа БанкротствоIV группа Арбитражное судопроизводство Александр Задорожный.

Президиум ВАС три раза отстранял управляющих, и эти дела сейчас можно считать хрестоматийными, говорит партнер юркомпании Федеральный рейтингI группа Банкротство Антон Красников. Эксперт их перечислил. В деле № А68-4638/2009 управляющий реализовал с торгов право требования к Российской Федерации на 180 млн руб. за 568 000 руб. В деле № А73-6489/2011 управляющий раньше исполнял обязанности члена ликвидационной комиссии.

Расторжение договора аренды при банкротстве арендатора

В деле № А21-1723/2010 управляющий не принял мер по оспариванию договора поручительства, который был заключён в преддверии банкротства, делится Красников.

Он рассказал, за что управляющего отстранить не могут:

  • нарушения, допущенные по неосторожности;
  • несущественные нарушения;
  • нарушения, которые не причинили значительного ущерба.

Добросовестность и давление

Суды рассматривают обстоятельства каждого из дел, оценивают в целом работу управляющего и его добросовестность, говорит Красников. В пример он приводит дело № А55-25483/2015, где Верховный суд указал на недобросовестность управляющего, который включил в инвентаризационную опись векселя и не стал оспаривать сделку, по которой они были получены. Хотя один из кредиторов указывал, что ценные бумаги имеют порок формы.

Одно дело – включить сомнительные векселя в опись ненамеренно, просто по незнанию. Другое дело – скрывать оригиналы векселей и отстаивать интересы векселедержателя.

Антон Красников

Не все заявления об отстранении управляющего обоснованные – это может быть способ избавиться от неугодного человека. Старший юрист КА Федеральный рейтингI группа Арбитражное судопроизводствоII группа Природные ресурсы/ЭнергетикаПрофайл компании Ксения Козлова рассказывает историю из практики, как собрание кредиторов решило отстранить конкурсного управляющего и на него пожаловались представитель этого собрания и еще один недобросовестный кредитор. Параллельно другой кредитор обжаловал в суде решение об «увольнении». «В итоге суд частично признал факт нарушений, отменил решение собрания из-за нарушения порядка, а в отстранении отказал, поскольку кредиторы не доказали, что управляющий не может вести процедуры», – рассказывает Козлова.

К сожалению, управляющий – это заложник борьбы между участниками конкурсного процесса, которые стремятся получить контроль над банкротством. Вариантов давления много: заявления в СРО, в Росреестр, попытки привлечь к административной ответственности.

Юлия Литовцева

Если управляющие не совершают серьезных и неустранимых нарушений, то их не отстранят, считают несколько юристов. Но если в акте будет записано, что управляющий действовал ненадлежащим образом – это пятно на репутации, признает Козлова. Жалобы на управляющих иногда достигают цели, но не в том смысле, что управляющих отстраняют, а в том, что они уходят сами, подытоживает Литовцева.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *